Приветствую Вас Гость | RSS
Главная | Блог | Регистрация | Вход
 
Главная » 2015 » Август » 19 » Уильям Кинг "Космический волк - 1" Глава 1. Море драконов
20:38
Уильям Кинг "Космический волк - 1" Глава 1. Море драконов

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18

Уильям  Кинг " Космический волк - 1"

Аннотация

Для любого мужчины, рожденного в суровом мире Фенриса, нет участи достойнее, чем доблестная гибель в битве. Но лишь для самых яростных бойцов за порогом смерти открываются врата Дома Русса — обители воинственного бога Фенриса. Юному Рагнару суждено было узнать, что мифы его народа не лгут. И хотя роль валькирий исполняют не белокурые девы нa крылатых конях, а звероподобные мужики на десантных шаттлах, обещанный пир действительно вечен, ибо это пир войны. Войны, охватившей целые галактики. И Орден Космических Волков, которому отныне посвящена жизнь Рагнара, сражается на переднем ее крае.

Пролог

Атака на Геспериду

Здания полыхали со всех сторон. Рагнар несся сквозь вихрь битвы огромными шагами, выкрикивая команды своим людям:

— Брат Хрольф — две крак‑ракеты вон в то укрепление, прямо по ходу! Остальным — построиться и приготовиться ворваться внутрь, как только будет снесена дверь!

Наушники донесли подтверждения. Рагнар перебежал от двери, за которой укрывался, к огромной глыбе рухнувшей каменной кладки, что была метров на двадцать ближе к цели. Луч вражеского лазерa расплавил бетон там, где мгновение назад ударили его каблуки, но в своих механизированных доспехах воин перемещался слишком быстро, чтобы еретики успевали прицелиться. Рагнар упал на землю за глыбой и переждал мгновение.

Загрохотали тяжелые орудия. Где‑то далеко послышался рев двигателей «Громового Ястреба» и серия звуковых ударов, сопровождавших снижение скорости корабля до суборбитальной. Ярко‑желтые инверсионные следы пронизали свинцовые облака, и в небе показались штурмовики. С их крыльев одна за другой срывались ракеты, со свистом устремляясь к земле, чтобы поразить укрытия еретиков.

Рагнар машинально проверил свое оружие — автоматизм, порожденный вековым опытом, — глубоко вздохнул, вознес молитву Императору и застыл в ожидании.

Он контролировал окружающую обстановку вплоть до мельчайших деталей. Его основное сердце билось ровно, а тело уже залечивало небольшие царапины и порезы, полученные от разрывов шрапнели. Рагнар чувствовал, как затягивается неглубокая рана на лице. Его чувства были куда более острыми, нежели у человека, которым он когда‑то являлся, и они постоянно снабжали мозг исчерпывающей информацией о происходящем вокруг. Он чуял ободряющее присутствие своих боевых братьев, смесь запахов закаленного керамита, смазочного масла, мужчин Фенриса — и едва различимые признаки того, что они являлись не совсем людьми. А еще к этому букету примешивались феромоны ярости, боли и хорошо контролируемого страха.

Рагнар проверил свои доспехи, убедившись в том, что они не повреждены. Там, где шрапнель ударила в закаленный керамит панциря, имелись небольшие царапины. В двух местах он обнаружил вздутия краски, что говорило о мимолетном прикосновении луча лазгана. И только в одном месте болтерный снаряд пробил приподнятый край наплечника. В общем, ничего серьезного. Сервомоторы, приводящие в движение его мощное боевое облачение, сейчас были задействованы на 75 процентов мощности — на большинстве систем они пока работали вхолостую для экономии энергии. Встроенные в доспехи автоматические сенсоры сообщали Рагнару о слабых следах загрязняющих веществ и остатках нейротоксинов в окружающей среде — очевидно, поднявшие мятеж еретики использовали их при неожиданном нападении на оставшиеся верноподданными вооруженные силы.

Хвала Руссу, волноваться особо не о чем. Способность его организма перерабатывать яды здесь едва ли понадобится. Рагнар был знаком с достаточно сильными отравляющими веществами, которые вызывали у него головные боли, спазмы мускулов и головокружения, пока его тело приспосабливалось к ним. Но яды, с которыми он столкнулся сейчас, сильно уступали им по эффективности. В целом все выглядело не так уж и плохо. По правде говоря, он даже получал удовольствие от происходящего. Теперь, после месяца бездействия в своей комнате в Клыке и недели взаперти на борту одного из огромных имперских звездных крейсеров по дороге на эту второстепенную войну, он наслаждался боем. Ничего удивительного: именно для этого он был рожден, для этого без конца тренировался. Вся его жизнь была подготовкой к этому мгновению. В конце концов, он являлся императорским десантником из Ордена Космических Волков. Чего еще желать от жизни? В руке у него заряженный болтер, впереди — враги Императора. Нет в этой жизни большего наслаждения, чем исполнить свой долг и покончить с жалкими еретиками.

Стена за спиной задрожала, осколки камня забарабанили по доспехам. Кто‑то накрыл его убежище тяжелой ракетой или крупнокалиберным снарядом. Впрочем, это не имело значения. По своему опыту Рагнар знал, что армированный бетон сможет выдержать такой удар. Он бросил взгляд на хронометр. Прошла минута и четыре секунды с тех пор, как он отдал распоряжение брату Хрольфу. Еще две минуты понадобятся Хрольфу для выхода на рубеж атаки и десять секунд — чтобы сделать выстрел. Этого времени более чем достаточно, чтобы остальные бойцы заняли нужную позицию. За это время еретики никак не могли бы снести его укрытие, не увеличив значительно свою огневую мощь.

Очевидно, именно эта мысль пришла в голову и командующему силами противника. Рагнар услышал скрежет приближающихся огромных гусениц и понял, что они могут принадлежать лишь вражеской машине. Императорские силы только начали спуск с орбиты, и Космические Волки были их передовым отрядом. Никакая имперская бронетехника еще не могла оказаться на поверхности планеты. Логическое заключение из этого факта было весьма простым: что бы ни приближалось сюда, оно было чужим.

Сообщение, пришедшее по внешней связи, подтвердило эту мысль:

— Отряду Рагнара. Вражеский танк «Хищник» приближается к вашей позиции. Нужна ли вам помощь? Прием.

Рагнар размышлял не более минуты. На этом этапе воздушное прикрытие «Громового Ястреба» в большей степени требовалось в другом месте — для поддержки войск в критический момент высадки под дулами вражеских орудий. Ему не хотелось лишать этой помощи своих боевых братьев. Тем более для того, чтобы разобраться с одним‑единственным вражеским танком.

— Это Рагнар. Ответ отрицательный. Мы сами займемся «Хищником». Прием.

— Сообщение получено и понято. Император смотрит на вас. Конец связи.

Рагнар по очереди обдумал возможные варианты действий. Он слышал, как приближается танк, ощущал вонь его выхлопных газов. Под гусеницами крошился бетон. Рагнар мог потребовать, чтобы брат Хрольф ударил по танку из орудия огневой поддержки, но это означало бы отмену атаки на убежище, тогда как Хрольф уже переместился на исходную позицию. Рагнар сомневался, что в этом есть необходимость, когда он может разобраться с танком и сам.

Он проверил свою амуницию. Все было на местах. Шприцы с лекарствами, гранатные раздатчики, рем‑комплект. Рагнар хлопнул по раздатчику, и у него в руке оказалась крак‑граната. Пойдет. Он выглянул из укрытия и увидел, как из‑за угла показался длинный ствол орудия «Хищника». Через пару мгновений в поле его зрения оказался весь танк. Это была стандартная боевая машина Императорских войск, наспех перекрашенная в кроваво‑красный цвет, а на боку вместо изящной эмблемы планетарных армий был криво намалеван восьмиконечный символ Хаоса.

Вид ненавистной эмблемы вызвал у Рагнара рык ярости. Это был знак почитателей демонов, стремившихся уничтожить то, что он защищал всю свою долгую жизнь. Увидев его, Космический Волк преисполнился звериной свирепости, бывшей частью его натуры.

Он поднялся на ноги, опытным глазом определив расстояние между собой и танком: не более сотни шагов. Эта дистанция быстро сокращалась по мере того, как танк с грохотом продвигался вперед. Рагнар видел, как установленные на башне гранатометы уже повернулись, выцеливая его. Теперь его позиции угрожал удар с фланга, но Космический Волк в любом случае уже решил оставить ее.

Сервомоторы доспехов взвыли, когда он рванулся по открытому пространству навстречу танку. Вновь луч лазгана метнулся ему вслед, но, как и рассчитывал Рагнар, стрелки были слишком ошарашены его неожиданным броском из укрытия, чтобы успеть как следует прицелиться.

Сидящие в танке явно не поверили своим глазам. Очереди трассирующих снарядов вспороли воздух над его головой. Стрелявшие не слишком‑то усердствовали. Казалось, они рассчитывали, что танк разотрет противника в порошок. Рагнар намеревался как можно скорее доказать врагам их ошибку. Они жестоко поплатятся за то, что недооценили одного из сыновей Лемана Русса.

Он мчался прямо на танк, и тот рос у него на глазах. Хотя Рагнар частенько маршировал рядом с такими машинами или пристраивался у них на броне, когда его с братьями‑Волками доставляли к месту очередного боя, сейчас он удивился, какой огромной выглядит эта машина. Космический Волк улыбнулся. Когда с такими штуковинами приходится сражаться, они всегда смотрятся несколько по‑иному.

Расстояние между ним и «Хищником» быстро сокращалось. В воздухе стоял гул от вибрации двигателя, а вонь выхлопных газов становилась невыносимой. Мерцающий луч лазгана подобрался вплотную к его каблукам.

В последнюю секунду Рагнар рванулся вправо, так что «Хищник» оказался между ним и вражеским бункером. Он взмахнул рукой и забросил первую крак‑гранату между зубцами катков и гусеницей. Предохранитель установлен на три секунды. Куча времени, чтобы добавить еще один заряд...

Взрывом выбило сразу несколько траков. Катки со скрежетом остановились — очевидно, вышла из строя трансмиссия. Огромный кусок гусеницы, вырвавшись вперед, чуть не попал в Рагнара. Лишь его молниеносная реакция, максимально обостренная напряжением боя, позволила увернуться, мгновенно наклонившись. Той силы, с которой неслись сочлененные куски металла, было вполне достаточно, чтобы вчистую снести ему голову.

Лишенный одной гусеницы, «Хищник» начал медленно вращаться на месте. С одной стороны гусеница все еще двигалась и толкала танк вперед, но он уже не мог стронуться с места, и теперь ему оставалось лишь крутиться вокруг своей оси. Рагнар был доволен. Поскольку башня танка уже начала поворачиваться в ту сторону, где находилось его отделение, пришло время перейти к следующему этапу плана.

Мощным прыжком он взлетел на броню «Хищника», оказавшись на крыле над гусеницей. Керамитовые подошвы глухо звякнули о металл, и тут же Рагнар рванулся вперед, надеясь, что внутри танка еще никто не разобрался в происходящем. Изнутри до него долетали приглушенные команды и беспорядочные крики — похоже, так оно и было. Прекрасно! Враги так никогда и не узнают, что их поразило.

Рагнар добрался до башни и увидел, что люк закрыт. Жаль, но на иное он и не рассчитывал. В городском бою, да еще в непосредственном соприкосновении с противником ни один командир танка не станет разъезжать с открытым люком. И все же с их стороны было весьма глупо выдвинуться так далеко без поддержки пехоты. Рагнару было бы гораздо труднее исполнить задуманное на виду у солдат противника. Он подозревал, что танк примчался сюда в ответ на отчаянную мольбу о помощи из убежища. Что ж, он позаботится о том, чтобы еретики заплатили за эту ошибку.

Рагнар нагнулся и ухватился обеими руками за скобу на башне машины, а затем дернул ее, вложив в этот рывок всю силу своих могучих мускулов, подкрепленных сервомоторами силового доспеха. Ничего не произошло. Он мобилизовал все свои энергетические возможности, так что датчики зашкалило в красный цвет. Медленно, с кошмарным скрежетом крышка люка стала выворачиваться из петель. Керамит поддавался чудовищной силе Космического Волка. Рагнар чуть не потерял равновесие, когда крышка, сорвавшись с креплений, оказалась у него в руках.

Из танка дохнуло испорченным воздухом, и Рагнар узнал зловоние мутантов. Поистине эти еретики уплатили слишком высокую цену, поклявшись в верности своим темным хозяевам. Он отшвырнул крышку люка в сторону и выхватил из поясного раздатчика осколочную гранату. Бросив взгляд внутрь танка, Космический Волк увидел отвратительные искаженные лица мутантов, глядящие на него снизу вверх. Одно было покрыто чудовищными красными бородавками. Другое плавилось и текло, будто сделанное из свечного воска. Оба несли на себе явный отпечаток зла — силы мрака, которым они поклонялись, изменили внешность этих людей в полном соответствии с внутренним разложением.

Один из мутантов потянулся к свой кобуре, пытаясь вытащить пистолет. По выражению отчаянной тревоги на его лице Рагнар понял — это существо уже сообразило, что сейчас произойдет. Догадка мутанта была верна: Рагнар швырнул гранату в открытый люк и отпрыгнул в сторону. В прыжке он извлек другую гранату и с безошибочной точностью закинул ее туда же. Мутанты могли поймать одну гранату и избавиться от нее, но с двумя им было уже не справиться.

Танк все еще находился между Рагнаром и бункером противника. Космический Волк выхватил оружие. Тем временем в борту «Хищника» приоткрылся люк. Один из членов экипажа, поняв, что происходит, пытался выбраться наружу. Рагнар пинком захлопнул люк и вновь отпрыгнул. Тут же танк сотрясли два мощных взрыва. Из башни вырвался фонтан огня и плоти. Рагнар рванулся в сторону укрытия, понимая, что взрыв может привести танк в движение.

По счастью, обитателей бункера отвлекла судьба «Хищника», пытавшегося прийти им на помощь. Как только Рагнару удалось нырнуть под прикрытие той самой глыбы, за которой он скрывался раньше, сокрушительный взрыв разнес мощную боевую машину в клочья. Очевидно, взорвалась силовая установка. Огромные куски брони разметало во все стороны. Обломки чадили маслянистым черным дымом.

В это мгновение ушей Рагнара достиг звук другого взрыва. Он понял, что брат Хрольф поразил дверь бункера из ракетомета. Рагнар поднялся из укрытия, с удовлетворением отметив, что стале‑пластовая дверь полностью снесена с петель, а фланговый отряд Космических Волков уже выдвигается на позицию с другой стороны. На его глазах брат Снагга прополз на животе к самым бойницам бункера и забросил в дверной проем связку гранат. Взрывы и вопли боли были ему наградой.

В считаные секунды два Космических Волка ворвались в бункер. Зазвучали выстрелы, добивавшие тех, кто еще оставался в живых.

Рагнар улыбнулся, обнажив два огромных волчьих клыка. В желтоватых собачьих глазах вспыхнуло довольное сияние. Еще одна победа на его счету. И в этот миг он уловил слабый отблеск справа от себя — так блестит солнце в оптическом стекле. Космический Волк инстинктивно бросился на землю, но было слишком поздно. Выпущенная снайпером бронебойная ракета уже неслась ему навстречу — слишком быстро, чтобы ее можно было избежать. Она была нацелена точно в сердце, но разорвалась рядом, в грудной клетке — вот и все, чего ему удалось добиться своим отчаянным прыжком. Боль пронзила все его тело, по нервным окончаниям понеслись вестники агонии. Он рухнул вперед, в раскаленную лаву мучений.

— Не беспокойся, брат Рагнар, — услышал он голос, донесшийся издалека. — Мы с тобой.

«Не слишком ли поздно?» — подумал Рагнар. Эти голоса уже звучали так, будто падали сверху на дно огромного колодца. Ему казалось, будто он и сам падает вниз, в холодный ад своего народа, навстречу приветствиям семьи и друзей, а также всех старых врагов, которых сам отправил туда.

«Странно это, — думал Рагнар. — Странно, что я умираю так далеко от дома и через столько времени после того, как ожидал умереть».

В этом странном ощущении было что‑то утешающее. Он понимал, что его ждет. Это должно было произойти. В конце концов, он умирал и прежде.

Ледяная ясность овладела его духом. Его память обратилась к прошлому. Душа его помчалась назад сквозь века. Вспоминая...

 

1. Море драконов

— Все мы умрем! — вскричал Йорвик Гарпунер, озираясь вокруг, глаза его были полны страха. Небо Фенриса пронзила молния, осветив измученное лицо. Из‑за охватившего его беспредельного ужаса Йорвик перекричал даже рев ветра и грохот волн, бьющихся о корабль. Струи дождя, бегущие по его лицу, выглядели жутковатыми потоками слез.

— Умолкни! — воскликнул Рагнар и отвесил перепуганному человеку пощечину. Возмущенный тем, что его ударил юнец, у которого щеки еще даже пушком не покрылись, Йорвик потянулся за топором, моментально забыв о своем страхе. Но Рагнар лишь покачал головой, глядя на мужчину холодными серыми глазами, — и Йорвик замер, будто осознав, где он и что делает. Они стояли на виду у всех воинов, на носу корабля. Нападение на сына капитана не прибавит ему доверия ни в глазах богов, ни у команды. Щеки Йорвика залила краска стыда, и Рагнар отвернулся, чтобы не смущать его еще больше.

Юноша вскинул голову, чтобы убрать с глаз пряди длинных черных волос. Вглядываясь сквозь хлещущий ветер и соленые брызги бушующего моря, он мысленно соглашался с Йорвиком. Им предстояло умереть, если только не случится чудо. Он плавал по морям с тех пор, как научился ходить, и никогда ему не приходилось видеть столь яростного шторма.

Зловещие мрачные тучи стремительно неслись по небу. Стояла почти ночная темнота, хотя был полдень. Юношу обдало тучей брызг, когда нос судна взрезал очередную гигантскую волну. От этого удара драконья шкура палубы загудела, как огромный барабан. Рагнар с трудом удерживал равновесие на ходившем ходуном палубном настиле. Даже сквозь демонические завывания ветра он слышал скрип связей корпуса корабля. Рано или поздно море погубит судно, понял он. Яростные волны или разобьют «Копье Русса» в щепки или просто сдерут драконью шкуру с его остова и пустят ко дну, а их оставят барахтаться на поверхности, пока хватит сил.

Рагнар поежился, и не только от стылой влажности одежды. Для него, так же как для всего его народа, утонуть — значило умереть худшей из всех возможных смертей. Опуститься в когти морских демонов, где душа будет обречена на вечное рабство. И не останется никакой возможности заслужить себе место среди Избранных — встретить смерть с копьем или топором в руке, снискать славной гибели и стремительного перехода в Дом Героев, что находится в Горах Богов.

Бросив взгляд на палубу, по которой хлестал ливень, Рагнар увидел, что остальные воины были напуганы так же, как и он, хотя хорошо это скрывали. Но напряжение читалось на мертвенно‑бледных лицах, было видно в каждом взоре голубых глаз. Под дождем их длинные светлые волосы вымокли и свалялись, что придавало людям неопрятный и унылый вид. Они сидели, съежившись на скамьях, бросив бесполезные весла; толстые плащи из драконовой кожи наброшены на плечи или развеваются на ветру, словно крылья летучих мышей. Оружие каждого воина лежало рядом с ним на вымокшей палубе, бессильное против врага, угрожающего сейчас их жизни.

Ветер завывал, голодный, как стая огромных волков Асахейма. Вот корабль опять ринулся вниз по склону очередной огромной волны. Драконий зуб на носу судна прорезал вспененную воду, подобно копью. Паруса над головой трепетали, то надуваясь, то вновь опадая, — Рагнар порадовался, что они сделаны из очищенных драконьих кишок — ничто другое не выдержало бы могучих когтей шторма. А впереди вырастала еще одна огромная водяная гора. Казалось, кораблю не выдержать, когда она обрушится на него.

В ярости и отчаянии Рагнар выругался. Казалось, его короткая жизнь оканчивается, не успев начаться. Он не доживет даже до ритуала достижения зрелости в следующем году. У него только начал ломаться голос — и вот теперь он был обречен на гибель в море. Юноша заслонил рукой глаза и вгляделся в бурю, тщетно надеясь увидеть большой корабль своих соплеменников. Ничего не видать. Большинство из них наверняка уже пошло ко дну, их тела станут пищей драконов и кракенов, а души — рабами демонов.

Юноша опять повернулся и обратил разгневанный взгляд на чужака, который был причиной всего происходящего. Понятно, что если они умрут, то и он пойдет ко дну вместе с ними, — и это давало некое удовлетворение. Если, конечно, он не чародей или какой‑нибудь морской демон, изменивший внешность, который специально был послан, чтобы привести племя Грохочущих Кулаков к гибели. По тому, как спокойно и неустрашимо старик стоял на залитой водой палубе, это казалось сейчас более чем вероятным.

В этом грубом старике было что‑то сверхъестественное. Глубокие морщины избороздили его лоб, но он выглядел сильным, как воин в расцвете лет, и, несмотря на седину в волосах, держался лучше, чем многие моряки вдвое младше него. Рагнар понял, что это маг. Кто, кроме мага, будет носить на плечах шкуры огромных волков и странные металлические доспехи, закрывающие все тело и так не похожие на кожаные одежды морского народа? Кто, как не чародей, может надеть на себя все эти странные амулеты и талисманы? И лишь кудесник смог бы предложить его отцу и родственникам такое количество слитков драгоценного железа, чтобы они предприняли почти самоубийственный поход по Морю Драконов в сезон штормов.

Рагнар увидел, как чужак поднял руку, будто на что‑то указывая. Это какая‑то чародейская уловка или он в самом деле творит заклинание? Рагнар повернулся посмотреть в ту сторону, и во рту у него пересохло от страха. Вспыхнула молния, и в ее свете юноша увидел огромную голову, которая появилась из волн совсем рядом с кораблем, как если бы чужак вызвал ее из пучины. Над бортом выросла кошмарная морда с частоколом зубов, каждый размером с кинжал. Длинная шея изогнулась, и голова стала опускаться в поисках добычи. Это был морской дракон — чудовище, огромное, как корабль, поднятое со дна морского неистовой бурей.

Прогремели злобные раскаты грома, и смерть обрушила свой удар на расстоянии вытянутой руки от Рагнара. Его обдало смрадным порывом ветра, когда огромные челюсти дракона сомкнулись на Йорвике. Громадные клыки пронзили жесткую кожу доспехов Гарпунера, словно бумагу. Затрещали кости, хлынула кровь. Визжащего человека подняло вверх, руки его судорожно молотили по воздуху, гарпун выпал. Презрительная усмешка искривила губы Рагнара. Юноша всегда знал, что Йорвик трус, и теперь получил этому доказательства. Он найдет свое место в холодном аду Фростхайма.

Дракон сомкнул челюсти, сглотнул, и половина Йорвика исчезла в его глотке. Другая часть шмякнулась на палубу подле Рагнара. Стремительные волны смыли с нее кровь и желчь.

Воины повскакивали со своих скамей, потрясая топорами и пиками. Рагнар понимал, что в глубине души они рады — ведь теперь появилась возможность снискать быструю и героическую смерть в сражении с чудовищем из морских глубин. Должно быть, многим казалось, что Русс ответил на их молитвы и послал этого монстра, дабы даровать им великий удел.

Огромная голова вновь стала снижаться, и при виде ее несколько воинов застыли. Будто посланное, чтобы отобрать трусов, чудище сбило одного из них с ног и перекусило пополам своими клы‑ками. Остальные воины набросились на дракона с оружием. Топоры оказались бесполезны: они отска‑кивали от чешуи, как от тяжелой брони. Несколько копий глубоко вонзились в плоть дракона, но гигантская тварь обратила на них внимание не больше, чем человек — на булавочный укол. Причиненная ими боль лишь привела монстра в еще большую ярость.

Он разинул пасть и исторг ужасающий вопль, перекрывший даже рев бушующего шторма. Этот чудовищный звук заставил всех воинов замереть, будто под воздействием заклинания чародея. Рагнар увидел, что монстр наполовину высунулся из воды, возвышаясь над кораблем подобно гигантской башне. Если бы он просто рухнул вперед, его невообразимая тяжесть разрубила бы судно надвое.

У Рагнара что‑то щелкнуло внутри. Его переполнял гнев на бурю, на богов, на эту огромную тварь, на трусливых соплеменников. Он наклонился и подобрал гарпун, который выронил Йорвик. Ни на мгновение не задумавшись, не прицеливаясь — иначе страх перед гигантскими челюстями, с которых еще капала кровь, сковал бы его, — юноша метнул гарпун прямо в глаз чудовища.

Это был добрый бросок. Копье с костяным наконечником по самое древко вошло в драконово око.

Монстр поднялся над водой еще выше, пронзительно визжа от ярости и боли. Рагнар подумал, что оглохнет от этого вопля. Теперь он был уверен, что умрет, что разъяренная тварь вот‑вот разнесет корабль в щепки. Но тут послышался другой звук — прерывистый рев, несшийся с кормы судна. Юноша отважился бросить взгляд на чужака и увидел, что это он был источником шума.

Старик извлек из‑под шкур нечто вроде массивной железной иконы, поднял ее вверх и направил на чудовище. Из священного талисмана вырвалась обжигающая струя грозно ревущего пламени. Взглянув на дракона, Рагнар увидел на его туловище огромные зияющие раны — доказательство силы магии чужака. Монстр разинул пасть, чтобы исторгнуть очередной бешеный вопль, и чужак поднял талисман еще выше. На нёбе дракона появилась рана, и макушка его головы будто взорвалась. Монстр опрокинулся на спину и исчез в волнах.

Чужак запрокинул назад голову и захохотал. Раскаты его рокочущего смеха заглушили шум бури. Рагнар ощутил дрожь суеверного страха. Юноша увидел два огромных клыка, выступающих из‑под верхней губы чужеземца. У него был знак Русса! В его жилах текла кровь богов. Это и в самом деле был чародей или кто‑то покруче!

Пригнувшись и легко удерживая равновесие, несмотря на качку, Рагнар повернулся и направился назад к штурвалу. Брызги сбегали по его лицу, будто слезы. Облизывая губы, он ощущал вкус соли. Когда он проходил мимо чужака, на корабль обрушилась огромная волна. Юноша почувствовал на себе тонны воды и забарахтался, пытаясь найти опору. Напор воды оторвал его от палубы и закрутил в водовороте. В пенном неистовстве волн он не мог разглядеть, где находится, и понял, что сейчас его снесет за борт, навстречу року.

Казалось, он избавился от драконьих челюстей лишь для того, чтобы попасть к морским демонам. Но, зарычав от ярости, юноша обуздал свой страх. И тут железные пальцы схватили его запястье. Колоссальная сила боролась с мощью водной стихии. И вода схлынула. Рагнар очутился на палубе, спасенный чужеземцем, одолевшим дракона.

— Спокойно, парень, — изрек чародей. — Мне не суждено умереть здесь. И тебе, думаю, тоже.

Сказав это, чужак повернулся и направился на нос корабля. Остановившись там, он вперил свой взор вдаль, словно какое‑то божество. Преисполненный страха и странного суеверного благоговения, Рагнар направился туда, где стоял его отец. Подняв взор, он увидел в глазах отца понимание.

— Я видел это, сын мой! — прокричал тот сквозь шум бури. Рагнар понял, что никаких объяснений больше не нужно.

Море стало успокаиваться, будто гибель дракона разрушила пагубное заклинание. Несколько часов спустя оно уже было гладким, словно стекло, и воцарившуюся тишину нарушали лишь мерный барабанный бой командира гребцов да спокойный шелест волн о корпус судна.

Чужеземец все еще стоял на носу, будто охраняя корабль от морских демонов. Он осматривал горизонт, прикрыв глаза от солнца заскорузлой рукой, выискивая то, что мог видеть только он. В небе палило солнце — и не та бледная маленькая сфера, что светит зимой. Сейчас это был огромный огненный шар, запивающий небо своим золотым сиянием. Глаз Русса был полностью открыт, наблюдая за тем, как его избранный народ переносит ужасы длинного сурового лета на Фенрисе. Остававшаяся на палубах вода парила под его пристальным взглядом.

Воины хранили молчание. Их переполнял благоговейный страх. Не было слышно болтовни и бахвальства, что было обычным делом среди переживших кошмарный шторм. Не было ни веселья, ни пения. Отец Рагнара не велел открыть бочонок с элем, чтобы отметить это событие. Казалось, вся команда охвачена глубоким почтением к чужеземцу. Но это почтение было близко к ужасу, и Рагнар прекрасно понимал почему. Они видели, как он убил дракона могуществом своих заклинаний. Своей магией он уничтожил один из кошмаров морских глубин. Своим взглядом он усмирил бурю. Есть ли такое, чего он не мог бы сделать?

«И все же, — думал Рагнар, — если чужеземец настолько могуществен, то почему ему понадобилось нанимать их корабль, чтобы добраться до места назначения? Почему он не применил магию? Несомненно, он мог использовать знание рун, чтобы вызвать воздушный корабль или крылатого волка, чтобы добраться до цели. Не было ли у этого путешествия зловещего скрытого мотива?»

Рагнар попытался избавиться от этой мысли. Возможно, чародей пробудил к себе неприязнь демонов бури и не мог летать. Быть может, он не владел такими рунами. Откуда это знать Рагнару? Он понятия не имел об искусстве заклинаний — так же, как и все, кого он зная, за исключением старого скальда Грохочущих Кулаков, Имогрима. А тот смотрел на чужака с суеверным благоговением и отказывался говорить о нем что‑либо. Имогрим лишь сказал всем, что чужеземцу следует повиноваться.

Рагнар сомневался, что даже суеверный страх, который окутывал чужеземца подобно мантии, заставил бы кого‑то из его народа предпринять это путешествие, если бы это не присоветовал скальд. Места их назначения, остров Повелителей Железа, весь морской народ старался избегать все время, за исключением весны — сезона торговли. Но последняя весна завершилась более пятисот дней назад, и время торговли давно прошло. Кто знал, как встретят чужаков жители острова — таинственные кузнецы? Обычно они держались замкнуто и охраняли шахты с драгоценным железом так же, как тролль оберегает свои запасы.

«И все же, — размышлял Рагнар, — если бы чужеземец потребовал, чтобы его туда доставили, даже без столь богатого вознаграждения, разве могли бы мы отказать ему?» Юноша сомневался в том, что даже целая деревня столь отважных воинов, как Грохочущие Кулаки, смогла бы противостоять той магии, которой владел чужак. Их оружие даже не пронзило бы металлическую оболочку тела чародея.

В этом старике было что‑то притягивающее, и Рагнару страстно хотелось поговорить с ним, порасспрашивать его. Чужеземец спас юношу и говорил с ним — а это что‑нибудь да значило. Но Рагнара будто пригвоздило к палубе. Разговор с чародеем страшил его больше, чем встреча с челюстями дракона.

Он стоял так несколько минут, собирая всю свою решимость.

«Не глупи, — сказал себе Рагнар. — Ты ведь даже не поблагодарил его за спасение».

И юноша молча двинулся вперед. С предосторожностями, будто подкрадываясь к горному козлу, он проследовал к носу судна.

— Что там, парень? — спросил чужеземец, не оборачиваясь, когда Рагнар еще не приблизился к нему и на десяток шагов. Юноша застыл в изумлении. Вот еще одно доказательство магических способностей чужака. Рагнар знал, что двигался совершенно бесшумно. Среди своих соплеменников он считался великим охотником. Тем не менее чужеземец узнал, что он там и что это именно Рагнар, даже не повернув при этом головы. Юноша уверился, что чужак, должно быть, обладает чем‑то вроде второго зрения.

— Я задал тебе вопрос, мальчик, — произнес чужеземец, поворачиваясь лицом к Рагнару. В его голосе не было раздражения, лишь спокойная властность. Он производил впечатление человека, привыкшего поступать по‑своему. А еще речь его звучала несколько странно. Он говорил очень медленно, выговаривая слова по‑старинному. Это напомнили Рагнару голос скальда, когда тот пересказывал эпосы о Руссе и об Отце Всего Сущего. Юноше казалось, что этот старик ступил на палубу прямо из саги. Он походил на одного из древних героев.

— Я хотел поблагодарить вас за то, что спасли мне жизнь, ярл, — сказал Рагнар, использовав самое уважительное обращение из тех, что знал. Тут он понял, что в лице старика тоже есть что‑то странное. Оно было вытянутым и грубым, с крупными подвижными ноздрями. Жесткая кожа на впалых щеках усиливала его сходство с волком. «Что означают те три гвоздя у него во лбу? — подумал Рагнар. — И как они туда попали?» Он и представить не мог, как можно такое сделать, не получив заражения.

— Время твоей смерти еще не пришло, — изрек чародей и вновь стал пристально разглядывать горизонт.

«Как он может это знать?» — подумал Рагнар.

— Что вы ищете? — спросил юноша, поразившись своей смелости. Чужеземец некоторое время хранил молчание, и Рагнар испугался, что он не ответит. Но тут чародей указал вперед. Юноше бросилось в глаза, что его палец был одет в металл и отражал солнечный свет. Рагнар посмотрел в ту сторону, куда указывал кудесник, и у него перехватило дыхание.

Прямо по курсу над горизонтом поднимались могучие остроконечные горы, огромные зубчатые вершины которых пронизывали облака. Склоны этих белоснежных пиков блестели, будто покрытые льдом — от вершин и до самого моря, из которого они поднимались.

— Стены Богов, — сказал Рагнар, осенив себя рунным знамением Русса.

— Вершины Асахейма, — тихо произнес чужеземец и улыбнулся, обнажив огромные клыки. — Я впервые увидал их, должно быть, в твоем возрасте, парень, и было это добрых три сотни лет назад.

Рагнар смотрел на него разинув рот. Чужеземец сам признал себя сверхъестественным существом! Никто на Фенрисе, даже старейший из самых старых, не жил дольше тридцати пяти лет.

— Я рад возможности вновь увидеть их такими, — сказал чужак, и это было похоже на то, чем старики их деревни предваряли свою предсмертную песнь. Он покачал головой и ухмыльнулся Рагнару, вновь показав свои устрашающие клыки. — Должно быть, становлюсь стар, раз болтаю такое.

Юноша ничего не сказал в ответ, он просто поглядел на старика, а затем на далекие горы.

— Сбегай‑ка и скажи отцу, чтобы сменил курс. Пусть возьмет право руля и держится берега. Так мы скорее доберемся до места назначения.

В его голосе слышалась сила пророчества, и Рагнар поверил ему.

В течение двух следующих дней они плыли вдоль побережья Асахейма. Это были два дня спокойного моря, холодных ветров и безмолвия, нарушаемого лишь грохотом огромных глыб льда, падающих с гор и уплывающих вдаль.

Конечно, к северу от них был именно Асахейм — место, где появлялись гигантские айсберги; стылая земля, откуда приплывали ледяные горы. Наверху парили могучие морские орлы, а порой люди замечали фонтаны косаток, поднимавшиеся из холодных чистых вод. Они проходили мимо устьев больших фиордов, мест поразительной красоты, и видели иногда каменные дома людей с ледников, громоздящиеся высоко на его склонах. Тогда они гребли побыстрее, ибо люди из фиордов были известны своей свирепостью. Поговаривали, что в их жилах течет кровь троллей, и ходили слухи, что они пожирают своих пленников, а не обращают в рабство. В свете такой возможности даже когти морских демонов казались более привлекательными.

Все то время, что они шли вдоль побережья, чужеземец не оставлял своего поста на носу корабля. На закате он стоял там, в угасающих лучах Глаза Русса. На рассвете, когда заступала дневная вахта, он опять был там. Рагнар поговорил с ночной вахтой и вовсе не удивился, когда ему сказали, что чужак не спал совсем. Если он и чувствовал усталость, то по нему это совершенно не было заметно. Глаза его оставались такими же ясными и яркими, как в день схватки с драконом. Не представляя себе, почему старик все время начеку, Рагнар просто был рад этому. Юноша чувствовал, что, пока чужеземец на посту, их не затронет никакая беда.

И вот земля вновь осталась за кормой, и они оказались в открытом море. Погода оставалась благоприятной. Чужеземец принюхался к ветру и заявил, что море будет спокойным, пока они не достигнут места назначения. Будто боясь ослушаться его, море подчинилось.

Через два дня плавания они увидели впереди дым и ночное небо озарили огни. В суеверном страхе люди молились Руссу, но не надеялись, что тот услышит их. Они знали, что входят во владения огненных великанов, где Русс и Отец Всего Сущего не имели большой власти.

На следующий день, когда они приблизились к островам, Рагнар увидел, что те объяты пламенем. Их вершины пылали. Жаркая оранжевая слюна огненных великанов сбегала по черным склонам, она шипела и парила, касаясь воды. Рев великанов, лишенных свободы, заставлял острова сотрясаться.

Исполненный тревоги, Рагнар приблизился к чародею. Юноша успокоился, увидев, что старик не проявляет никакого страха, излучая спокойное довольство и легкую печаль — словно человек, наслаждающийся путешествием и не стремящийся его завершить.

— Говорят, на этих островах находятся в заключении Горг и Сла Нахеш, — произнес Рагнар, повторив то, что услышал от скальда по завершении весенней торговли. Несмотря на свой страх, он был возбужден. Никогда еще он не заплывал с отцом так далеко. — Говорят, Русс посадил их туда, когда мир был еще молод.

— Это зловещие имена, парень, — сказал чародей. — Тебе не следует поминать их.

— Почему? — спросил юноша, на сей раз не устрашенный чужеземцем. Его любопытство пересилило благоговение. Кудесник посмотрел на него и улыбнулся. Он вовсе не казался раздраженным этим вопросом.

— Это имена великих злодеев, рожденных в миллионах миль отсюда и много тысячелетий назад. Русс не лишал их свободы. Этого не смог сделать никто. Даже сам Император — Отец Всего Сущего — в дни его славы.

Рагнар не удивился их возрасту. В конце концов, Русс сражался с демонами на заре истории, до того, как изгнал свой народ из Асахейма. Но юноша был поражен, услышав, что они рождены в миллионах миль отсюда. Такое расстояние он не мог себе представить.

— Я думал, они — дети богини драконов Скриннейр от ее брака с темным богом Хорусом.

— А это — еще одно имя, которое тебе не следует произносить, парень. Ибо ты не представляешь себе его истинного значения.

— А вы скажете мне, что оно означает?

— Нет, парень, не скажу. Если тебе суждено узнать такие вещи, ты выяснишь их достаточно скоро.

— А как это?

— Умерев и родившись вновь.

— Именно так вы обрели свою великую мудрость? — спросил Рагнар, неприятно удивленный ответом чужеземца и не удержавшись от доли сарказма. К его изумлению, чужак лишь засмеялся.

— В тебе есть мужество, юноша, и ты не ошибаешься. — Он отвернулся от Рагнара и устремил взор в море. Перед ними поднимались темные тучи, а море было в маслянистых черных пятнах. К западу от судна затряслась гора, и из ее верхушки вырвался огромный язык пламени.

— Огненная Гора сегодня сердится, — произнес чародей. — Это плохой знак.

1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18

Категория: Фантастика | Просмотров: 131 | Добавил: РОС | Теги: Уильям Кинг, Космический волк - 1, Глава 1, Море драконов | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
[ Поиск ]

[ Авторы Сервиса ]

[ Чат ]
Флудилка
Флудите на здоровье ... :о) ...

[ Календарь ]
«  Август 2015  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

ivolgamir ©